История мысли

Гаяз Исхаки (1878 — 1954)

Гаяз Исхаки известен как талантливый и оригинальный писатель. Родился он в 1878 году в обычной семье сельского муллы в деревеньке Яуширма (Кутлушкино) Чистопольского уезда Казанской губернии. В пять лет выучился читать. Сначала поступил в Чистопольское медресе, а затем продолжил учебу в Казани. Карьера сельского священника не прельщала честолюбивого паренька, и он в тайне от родителей, поступил в Татарскую учительскую школу.

Ведя в Казани полуголодное существование, 17-летний юноша написал первый в своей жизни рассказ «Кэлэпушче кыз» («Мастерица татарских шапочек»). Рассказ так понравился читателям, что его автор вмиг стал популярным. Эта первая творческая работа вдохновила — Гаяза Исхаки, он поверил в свои силы и стал после этого писать беспрерывно, в каких бы житейских ситуациях ни находился: редактируя газету, отсиживая срок в тюрьме, скитаясь в эмиграции…

Г.Исхаки издавал газету «Тан» («Заря») — первое социалистическое издание на татарском языке. Ее девизом, как и девизом самого редактора, были слова: «Только в жесткой схватке обретешь свое право». Исхаки был выслан на родину под надзор полиции, а через месяц его закрыли в Чистопольскую тюрьму.

Это была политическая акция. Шли выборы во II Госдуму, Гаяз Исхаки числился в списке кандидатов и сделали все, чтобы в Думе не появился еще один «проблемный депутат».

Вскоре Думу разогнали, а Г.Исхаки снова угодил в тюрьму, на сей раз казанскую, где он просидел шесть месяцев и был выслан в Архангельскую губернию, откуда вскоре бежал. Именно в этот период Исхаки пишет «Алдым-бирдым» («Брачный договор»), начата повесть «Солдат». В ссылке написал: «Тартышу» («Борьба»), пьесу «Мугаллим» («Учитель»), драму и третью часть «Тлянче кызы» («Нищенка»), «Врата небес» («Кук капусы»), памфлет, «Тормышмы бу» («Жизнь ли это?» — «Дневник шакирда»), «Мулла-бабай» («Дедушка мулла»), роман и четыре рассказа под заглавием «Семейное счастье» («Фамилия сагадаты»).

В 1913 году в честь 300-летия династии Романовых политзаключенным объявили амнистию, но жить в Казани Исхаки больше не разрешили. Он издавал татарские газеты сначала в Петербурге и Москве, а потом в Берлине, где прожил до 1939 года. Умер писатель в 1954 году в Турции.

        Акчурин Юсуф Хасанович (Акчура) 1876-1935

Юсуф АкчураАкчурин Юсуф Хасанович (Акчура )родился в 1876 году в Симбирске. После смерти отца мать увезла сына в Турцию (ей врачи посоветовали переменить климат). Начальное и среднее образование юноша получил в Стамбуле. В 1892 году Ю.Акчура стал курсантом турецкого военного училища («Harbiye mektebi»); после успешного окончания этого училища был направлен на курсы штабных офицеров. Но проучился там недолго: за участие в заговоре, готовившем свержение правителя страны — султанаАбдулхамида II, его приговорили к смертной казни, но эта мера была затем заменена пожизненной ссылкой в Триполи. Через два года (1898) ссыльный бежал из Триполи в Тунис, оттуда добрался до Парижа и стал продолжать свое образование в Сорбонском университете и Школе вольных политических наук.

В 1903 году Ю.Акчура написал свой первый труд, посвященный истории возникновения и функционирования политических институтов Османской империи. Выводы молодого ученого были категоричны: он в своем труде предсказывал неминуемый распад империи, что и случилось некоторое время спустя.

Ю.Акчура в 1904 году вернулся на родину, в Россию. Преподавал историю в казанском медресе «Мухаммадия», активно участвовал в общественной жизни предреволюционной и революционной России, был редактором газеты «Казан мухбире»(«Казанский вестник»), стал одним из организаторов и руководителей либерально-демократической партии «Иттифаки аль-муслимин» («Союз мусульман»). Часто выступал как публицист на страницах газет и журналов. Примечательно, что в газете «Казан мухбире» своей статьей он поддержал творческие поиски молодого Гаяза Исхаки.

Основанная Юсуфом Акчурой партия в 1905 году выдвинула его кандидатом в депутаты Первой Государственной Думы. Но власти под надуманным предлогом арестовали Юсуфа Акчуру, лишив его возможности пройти в Думу. Вскоре он был освобожден, но, опасаясь новых политических преследований, решил эмигрировать в Турцию.

В октябре 1908 года Ю.Акчура приехал в Стамбул и снова включился в общественную жизнь Турции. Он, прежде всего, организовал издание журнала «Turk Yurdu» («Турецкий Дом»), рассчитанного на весьма широкую тюркоязычную аудиторию. На страницах журнала регулярно публиковались статьи и материалы о жизни всех тюркских народов, в том числе и России. В свою очередь статьи самого Ю.Акчуры появлялись в России, в татарских изданиях — в журнале «Шура» («Совет») и газете «Вакыт»(«Время»). В 1916 г. Ю.Акчура в Швейцарии встречался с В.И.Лениным и в ходе продолжительной беседы обсуждал с ним национальный вопрос в России. Жизнь турецкого журнала, издаваемого Ю.Акчурой, оказалась достаточно долгой: он выходил с 1911 года по 1931-й. Это было одно из влиятельных в стране изданий, формировавших и направлявших общественное мнение, взгляды Юсуфа Акчуры шли в одном русле с концептуальными положениями, которыми руководствовался в своей политике Мустафа Кемаль. В создание светского (секулярного) государства Турции, в углубление процесса секуляризации, несомненно, свой вклад внес и наш соотечественник Юсуф Акчура.

Еще в период борьбы Турции за независимость (1918-1923) Ю.Акчура примкнул к сторонникам кемалистского движения, вступил в партию Мустафы Кемаля. В 1923 году Ю.Акчура был избран депутатом Великого национального собрания (парламента) Турции. Президент страны Мустафа Кемаль Ататюрк назначил его своим советником по вопросам культуры и политики, постоянно с ним встречался. Кстати, сохранились фотографии, на которых Юсуф Акчура запечатлен вместе с первым президентом Турции.

Будучи профессором Стамбульского университета, в 1931 году Ю.Акчура организовал Турецкое историческое общество и возглавил его как председатель. Через год (1932) общество провело первый турецкий исторический конгресс.

Ю.Акчура был известен в Турции как поборник культурного и духовного единения тюркских народов, как инициатор и движитель идей тюркизма (не путать с пантюркизмом!). В контексте данной статьи существенно важно подчеркнуть, что именно Ю.Акчура был собирателем культурных и научных сил из числа эмигрантов. Именно благодаря ему получили приглашение в Турцию (от имени Министерства образования) и тюрколог З.Валиди, и писатель Гаяз Исхаки, и ученый-правовед С.Максуди, и другие видные деятели. Без участия и рекомендаций Юсуфа Акчуры, возможно, татаро-башкирским эмигрантам не была бы оказана честь на столь высоком правительственном уровне.

Жизни и общественной деятельности Ю.Акчуры посвящено несколько научных монографий; его имя окружено почетом. Одна из улиц древнего Стамбула — улица Юсуфа Акчуры. Сегодня, проходя по этой улице, обсаженной деревьями, «новый русский», или просто рядовой человек из России едва ли будет знать, что Юсуф Акчура — это наш соотечественник, столь уважаемый в Турции…

Его прах покоится на одном из кладбищ Стамбула (он умер в 1935 году). А в 1954-м рядом с ним положили в новую могилу Гаяза Исхаки — классика татарской литературы XX века.

                                      Ахмет-Заки Валиди 1890-1970

   Валидов-Заки́ Ахметша́хович Вали́дов (башк. Әхмәтзәки Әхмәтшаһ улы Вәлидов; в эмиграции — Ахметзаки́ Валиди́ Тога́н, 10 декабря 1890 года, деревня Кузяново Ильчик-Тимировской волостиСтерлитамакского уезда Уфимской губернии, ныне Ишимбайского района Республики Башкортостан, Россия — 26 июля 1970 года, Стамбул, Турция) — лидер башкирского национально-освободительного движения,востоковед-тюрколог, доктор философии (1935), профессор, почётный доктор Манчестерского университета (1967).

Ахмет-Заки Валиди родился в семье сельского муллы. Происходил из башкирского рода Суклы-Кай[1].

Отец — Ахметша Ахметшинович Валидов, 1857 года рождения, сельский мулла и управляющий медресе, владел арабским языком. Мать — Уммулхаят была верующим человеком, владела персидским языком. У Ахмет-Заки было три брата и две сестры.

Ахмет-Заки Валиди сперва отучился в медресе отца, затем окончил медресе в Утяково. Наряду с башкирским, татарским, турецким и русским владел персидским, арабским, чагатайским и другими восточными языками.

В 1912—1915 преподавал в медресе «Касимия» в Казани. В 1912 году публикует первую научную книгу «История тюрко-татар» (Казань, 1912).

Совершил две научных командировки от Российской Академии наук: в 1913 году в Ферганскую область и в1914 году в Бухарское ханство. Во время второй экспедиции им была приобретена рукопись перевода Корана на тюркский язык, относящаяся к X веку.

В 1915 году уфимские мусульмане выбрали Валидова своим представителем в мусульманской фракции в IVГосударственной думе Российской империи, был членом Временного центрального бюро российских мусульман. Избран депутатом Всероссийского Учредительного Собрания от Уфимской губернии. Депутат Миллэт Меджлиси (1917—1918).

В 1917 году, находясь в составе Башкирского областного бюро, образованного в Москве на Всероссийском съезде мусульман башкирской делегацией, совместно с Ш. Манатовым явился организатором созыва I и II Всебашкирских съездов (июль — Оренбург, август — Уфа), на которых было создано Башкирское Центральное Шуро (Совет депутатов), которое 15 ноября 1917 года в г. Оренбурге провозгласило образование национально-территориальной автономии Башкортостан как части федеративной России. Валидов стал автором башкирского национального флага[2].

В феврале 1918 года Валидов был арестован большевиками в Оренбурге в числе восьмерых членов Башкирского Правительства, в апреле был освобождён при атаке отрядов казаков и башкир на город.

Во главе башкирских полков присоединились к восстанию Чехословацкого корпуса[3]. По мере ослабления влияния фракционного социалистического правительстваКОМУЧа, находившегося у власти, власть в Сибири перешла к стоящему на позициях «Единой, Великой и Неделимой России» Российскому правительству А. В. Колчака. Местный представитель Колчака — атаман оренбургского казачества А. И. Дутов — проявил себя в глазах сторонников федерализации бывшей Российской империи как «контрреволюционер» и «монархист». Лидеры эсеров Виктор Чернов и Вадим Чайкин совместно с командующим актюбинской группой казачьих войск полковником Ф. Е. Махиным и атаманом первого округа Оренбургского войска полковником К. Л. Каргиным решили устранить Дутова. Валиди присоединился к этому заговору вместе с представителем Алаш Орды Мустафой Шокаем. Из-за предательства план был раскрыт. Валиди в своей книге пишет, что Дутов, получив ранение бежал на танке[4][уточнить], однако в другом источнике пишут, что бежали сами заговорщики[5].

В начале 1919 года Валидов стал организатором перехода башкирских войск на сторону Советской власти, вёл переговоры с правительством Советской России о легитимизации в качестве автономии Башкирской республики, которая была провозглашена в марте 1919 года как Автономная Советская Башкирская Республика.

С февраля 1919 по июнь 1920 (с перерывом) — председатель Башревкома.

В июне 1920 года, считая неприемлемым постановление ВЦИК и СНК РСФСР «О государственном устройстве Автономной Советской Башкирской республики» от 19 мая 1920 года, принял участие в организации антисоветских восстаний. После их подавления укрылся в Хивинском ханстве и Бухарском эмирате, где почти три года занимался организацией басмаческого движения в сотрудничестве с бухарским эмиром Саид Алим-ханом.

Летом 1921 года создал Национальный Совет Туркестана и его флаг[6]. После ряда военных неудач и ликвидации басмачества Валидов в 1923 году эмигрировал. В том же году в библиотеке иранского города Мешхед нашёл уникальную рукопись, содержащую текст знаменитых «Записок» Ибн Фадлана.

В 1924 году переехал в Берлин, где сотрудничал с Гаязом Исхаки.

С 1925 г. — гражданин Турции, советник министерства образования в Анкаре, затем преподаватель, профессор Стамбульского университета (Турция). Читал лекции в Стамбульском университете, участвовал в возрождении Туркестанского национального объединения «Джамиат» и издавал газету «Туркестан», в которой отстаивал свою идею об объединении всех мусульман вокруг Турции.

В 1927 году со старым знакомым Мустафой Шокаем организовал в Стамбуле журнал «Жана (Новый) Туркестан» (1927—1931) — политический орган Национальной Защиты Туркестана.

В 1935 окончил Венский университет, защитил докторскую диссертацию по теме «Путешествие Ибн Фадлана к северным болгарам, тюркам и хазарам».

В июне 1935 года получил приглашение на работу в Бонн в качестве преподавателя Боннского университета. Зимний семестр (1938—1939 гг.) работал в Геттингенском университете, одним из самых крупных и старейших университетов Нижней Саксонии (Германия).

1 сентября 1939 года А. Валиди покинул Германию и возвратился в Турцию.

С 1 ноября 1939 года возобновил свою работу в Стамбульском университете

В 1953 году основал Институт исламских исследований и был назначен его директором.

27 июня 1967 года в Манчестерском университете в Англии Заки Валиди было присвоено звание почётного доктора.

Организатор и член многих научных обществ: основал Турецкую ассоциацию востоковедения, избирался членом немецкого общества по изучению восточных стран, Австралийского научного общества, финно-угорского научного общества в Финляндии, Австрийского общества Хаммера-Пургшталя. Удостоен золотой медали 1-й степени Министерства просвещения Ирана.

Автор трудов по истории тюркских народов. Опубликовал около 400 работ на 11 языках.

Ахмет-Заки Валиди умер 26 июля 1970 года в Турции. Похоронен на кладбище Karacaahmet Mezarlığı в Стамбуле.

Основные работы

  • Biruni’s Picture of the World. Delhi, 1937.
  • lbn Fadlan’s Reisebericht // Abhandlungen für die Kunde des Morgenlandes, Leipzig. 1939. В. 24. N 3.
  • Völkerschaften des Chazarenreiches im neunten Jahrhundert // Korosi Csoma Archivum. 1940 Bd. 3
  • Urnumi turk tarihine giris. Istanbul, 1946.
  • Башҡорттар тарихы : (Ә. М. Юлдашбаевтың төрөк теленән тәрж.) / Әхмәтзәки Вәлиди Туған. – Тулыл. 2-се баҫ. – Өфө: Китап, 2005. – 304 б.
  • Әҫәрҙәр: 1917 йылға ҡәҙәр яҙылған әҫәрҙәре : [иҫке төрки теленән тәрж.] / [тәрж., аңлатма биреүсе, төҙ. һәм инеш һүҙ авторы Ә. Сәлихов]. – Өфө: Китап, 1996.

Память

Памятник Ахмет-Заки Валиди в Санкт-Петербурге

  • В Башкортостане учреждена общественная премия имени Ахметзаки Валиди Тогана.
  • 23 июля 1992 года Национальной библиотеке Башкортостана было присвоено имя Ахмет-Заки Валиди.
  • В городе Ишимбае его именем названа улица и Башкирская республиканская гимназия-интернат № 2.
  • В городах Санкт-Петербурге, Ишимбае, Сибае установлены памятники.
  • В 2008 году именем Заки Валиди была названа улица в Уфе (бывшая улица Фрунзе).
  • В связи со 120-летием со дня рождения Международной организацией по совместному развитию тюркской культуры и искусства (ТЮРКСОЙ) 2010 год был объявлен годом Ахмет-Заки Валиди.
  • 26 августа 2010 года в районе Кечиорен г. Анкары (Турция) был открыт парк имени Ахмет-Заки Валиди.
  • 15 февраля 2010 года открыта мемориальная доска в Уфе.
  • В 2011 году учреждена памятная медаль «Ахмет-Заки Валиди Тоган» — ведомственная награда Академии наук Республики Башкортостан.

                                   Салават Юлаев   1752 —  1800

Салава́т Юла́ев  — поэт, национальный герой Башкортостана, один из руководителей Крестьянской войны 1773—1775 гг., сподвижник Емельяна Пугачёва. Поэт-импровизатор (сэсэн).

Салават Юлаев родился в 1752 году (по другим данным в 1754 г.) в деревне Тикеево Шайтан-Кудеевской волости Уфимской провинции Оренбургской губернии (ныне Салаватский район Башкортостана). Деревня Тикеево до наших дней не сохранилась. В ходе подавления крестьянского восстания, деревню Тикеево, как и многие другие деревни, население которых участвовало в восстании, сожгли карательные отряды императрицы Екатерины.

Салават Юлаев происходил из потомственных тархан рода Шайтан-Кудей, в каждом поколении которого были тарханы,муллы, абызы, батыры, возглавлявшие башкирские восстания.

Его отец — старшина Шайтан-Кудейской волости Сибирской дороги Юлай Азналин в 1772 году участвовал в боях с польскими конфедератами в составе трехтысячного отряда башкирской конницы, направленного в Польшу в помощь русской армии. Храбрость и отвага Юлая Азналина была отмечена военной наградой. Юлай Азналин боролся с губернскими чиновниками, которые склоняли башкир к продаже земель для строительства заводов. Его непримиримая борьба с несправедливым расхищением башкирских земель оказала на Салавата Юлаева большое влияние. Отцу Салават был обязан и образованием: он писал на языке тюрки[3], владел и русским языком, не испытывая трудностей в командовании многонациональными повстанческими отрядами.

В 1768 году Оренбургский губернатор князь Путятин назначил Юлая Азналина старшиной башкирской команды Шайтан-Кудейской волости Сибирской дороги Уфимской провинции[4]. Но вскоре у Юлая купцом Твердышевым, пожалованным в коллежские асессоры, незаконно была отнята земля под Симский завод и деревни, поэтому Юлай Азналин и его девятнадцатилетний сын Салават 11 ноября 1773 года в составе Стерлитамакского башкирско-мишарского карательного корпуса добровольно перешли на сторону повстанцев и встали под знамена Емельяна Пугачёва, подхватив его обещания исполнить многовековые чаяния башкирского народа — вернуть захваченные земли, сохранить религию и возможность жить по своим обычаям.

Война

Когда Салават Юлаев в Бердской крепости предстал перед Пугачёвым, ему было 19 лет. С этого дня и до ареста, 25 ноября 1774 года (всего 1 год и 15 дней) он находился в центре событий Крестьянской войны.

Салават руководил многими ключевыми событиями этой войны. Сохранившиеся документы свидетельствуют о личном участии Салавата Юлаева в более чем двадцати сражениях. Он отличился тем, что взял Симский и Катавский заводы, был разбит под Челябинской крепостью, участвовал в осаде Оренбурга, однако был разбит, сжёг Красноуфимскую крепость. За год с небольшим Салават участвовал в 28 сражениях, 11 из них он провёл самостоятельно, остальные в составе Главного войска Емельяна Пугачёва. Не все 11 самостоятельных сражений с регулярными войсками завершались победой Салавата. Были и поражения, но, в отличие от других предводителей Крестьянской войны, Салават ни разу не допускал полного разгрома своего войска. Ему каждый раз удавалось сохранить основные силы войска, в кратчайший срок восстановить боевые порядки и снова участвовать в сражениях.

Салават Юлаев руководил восстанием в Башкортостане до ноября 1774 года. 18 января 1774 со своим отрядом присоединяется к отряду Канзафара Усаева, полковника армии Емельяна Пугачева, и они совместными усилиями штурмуют г. Кунгур. 3 июня 1774 года Пугачёв присваивает Канзафару Усаеву и Салавату Юлаеву чин бригадиров (генералов).

В конце марта — начале апреля 1774 года царским войскам удалось нанести серьёзное поражение основным повстанческим силам под Оренбургом, Уфой,Мензелинском, Кунгуром, Красноуфимском и Челябинском. После поражений, которые нанёс Михельсон, и пленения Пугачева, несмотря на неоднократные требованиям прекратить сопротивление и сдаться, Салават Юлаев продолжил восстание на территории Башкортостана.

25 ноября 1774 года команда поручика В.Лесковского из корпуса генерала Фреймана, подкрепленная конными отрядами мишарских старшин Муксина и Зямгура Абдусалямовых, настигла в горах Каратау Салавата Юлаева с группой оставшихся с ним соратников и после короткой стычки схватила их. В это же время Юлай Азналин принес повинную коллежскому советнику И. Л. Тимашеву и был взят под стражу.[4][5]

Ещё до ареста, жёны и дети Салавата Юлаева были схвачены и привезены в Уфу в качестве заложников. Одна жена с сыном находилась под караулом у городского коменданта полковника С. С. Мясоедова. Второго сына взял генерал Ф. Ю. Фрейман. Салават Юлаев протестовал против незаконного ареста семьи: «Такого ж указа, чтоб от лишенных жизни семейства отбирать, действительно нет». В связи с этим он просил родственников и друзей обратиться с ходатайством об освобождении жен и детей в губернскую канцелярию, а если и это не поможет, то и в Сенат, «чтоб государевые рабы у подчиненных во услужении не были».

На допросах Салават не выдал никого из своих товарищей, ни на кого не наговаривал, пытаясь облегчить свою участь. После длительного следствия в Уфе, Казани, Москве, Оренбурге и снова в Уфе по приговору от 15 июля 1775 года Салават Юлаев вместе с отцом Юлаем Азналиным был подвергнут наказанию кнутом и клеймению, как «тягчайшим государственным преступникам».

Каторга

« Ты далёко, отчизна моя!
Я б вернулся в родные края,
В кандалах я, башкиры!
Мне пути заметают снега,
Но весною растают снега,
Я не умер, башкиры![6]
»

2 октября 1775 года скованные по рукам и ногам Салават Юлаев и его отец на двух подводах под охраной были отправлены на вечную каторгу в балтийскую крепость Рогервик (ныне город Палдиски в Эстонии). Обоз с каторжниками миновал Мензелинск, Казань, Нижний Новгород, Москву, 14 ноября достигли Твери. Затем былиНовгород, Псков, Ревель и 29 ноября они добрались до Рогервика.

Балтийский порт, он же Рогервик был основан Петром I. Однако, к тому времени, когда в Рогервике оказались участники башкирского восстания, крепость была практически заброшена. Там оставались только небольшой гарнизон и малое количество арестантов. Салават и Юлай встретили здесь своих соратников по борьбе: пугачёвского полковника И. С. Аристова, полковника Канзафара Усаева и других. Здесь Салават Юлаев и его отец провели остаток своей жизни.

Последнее документальное упоминание о Салавате Юлаеве датируется 1800 годом. До этого времени он пробыл в неволе двадцать пять лет: «В Эстляндское губернское правление от находящегося при Балтийской инвалидной команды майора Дитмара. Находящиеся в моем ведении каторжные невольники 12-ти человек, которые и состоят благополучно. Против прежде поданной таковой же ведомости убыло: Сего месяца 26-го числа помре каторжный неволник Салават Юлаев, о чём сим донесть честь имею». Салават Юлаев умер 8 октября 1800 года, пробыв на каторге почти четверть века.

Творчество

« Я гляжу на цепи гор в нашем благостном краю,
И, вбирая их простор, Божью милость познаю.
Песней небо раскололось, соловей поёт в долу,
Как азан звенит твой голос, Богу вознося хвалу!
Не зовёт ли на молитву верных мусульман?
Провожает меня в битву мой Урал — родимый стан![7]
»

Салават Юлаев был известен в народе и как поэт-импровизатор. Салават пел в своих песнях о родных уральских просторах, о народе и его древних обычаях, о священной вере предков. Соединение в нём таланта поэта и певца с воинской доблестью и даром полководца олицетворяло собой идеальный духовный облик башкирского народа. Любовь к песне, к коню и отвага воина во все времена составляли неразделимую суть башкирского воина. Идеал башкирского народа тех веков — воин-певец.

Песни и стихи Салавата Юлаева в подлинниках не сохранились, имеется лишь его личная подпись на Пугачевском манифесте, написанном на татарском языке. О Салавате Юлаеве, как башкирском поэте и борце за свободу своего народа, сохранилось много легенд, и трудно установить подлинность авторства песен, приписываемых Салавату, и грань, отделяющую их от устной башкирской народной поэзии.[8]

Поэзия Салавата Юлаева — одно из редких проявлений дореволюционной башкирской литературы. Память о Салавате, как герое и певце-импровизаторе, сохранилась среди башкир до настоящего времени; с его именем связано несколько песен, многие из них приписываются самому Салавату. Его стихи призывали народ к борьбе с угнетателями («Битва», «Стрела», «Юноше-воину»), воспевали красоту родного края («Родная страна», «Мой Урал», «Соловей»), любовь («Зюлейха»).

«Салават — норма башкирской идентичности».

 

В настоящее время Салават Юлаев — национальный герой башкирского народа, является символом современного Башкортостана. Его именем названы район, город, улицы, культурно-просветительские учреждения.

Именем Салавата Юлаева названы:

  • город Салават в Башкортостане
  • Салаватский район в Башкортостане
  • хоккейный клуб «Салават Юлаев»
  • улица и проспект в Уфе
  • улица в Челябинске
  • улица в Магнитогорске
  • улица в Ишимбае
  • улица в Кургане
  • улица в Казани
  • улица в Кумертау
  • улица в Белебее
  • улица в Оренбурге
  • улица в Стерлитамаке
  • улица в Давлеканово
  • улица в Салавате
  • улица в Лянторе (Ханты-Мансийский Автономный Округ)
  • улица в Бузулуке Оренбургская область
  • улица в Ключах (Снежинский городской округ)
  • улица на Украине в г.Донецк (на карте) и в г. Кривой Рог (на карте)
  • улица Салавата Батыра в Октябрьском

Салавату Юлаеву посвящены:

  • опера Загира Исмагилова в 4 актах «Салават Юлаев» («Салауат Юлаев»)
  • балет «Горный орел» («Урал бөркөтө», 1959 г., либретто и музыка Х. Ф. Ахметова и Н. Г. Сабитова, хореография К. Д. Карпинской)
  • фильм «Салават Юлаев», снятый в 1941 году в СССР режиссёром Яковом Протазановым.

В Республике Башкортостан учреждены:

  • орден «Салавата Юлаева»,
  • Государственная премия имени Салавата Юлаева за лучшие произведения в области литературы, искусства и архитектуры (с1967 года).
  • Ежегодно празднуются дни Салавата Юлаева[10]

Памятники:

  • Первый в республике па­мятник-бюст Салавату работы Т. П. Нечаевой установлен под открытым небом в его родных местах — в Салаватском районе в 1952 году.
  • В 1989 году похожий памятник-бюст из кованой меди был ус­тановлен в эстонском городе Палдиски.[11]
  • В Уфе 17 ноября 1967 открыт памятник Салавату Юлаеву работы осетинского скульптора С. Д. Тавасиева. Изображение этого памятника попало на герб Башкортостана.
  • Копия памятника в санатории Увильды в Аргаяшском районе Челябинской области была установлена в 2005 году[12][13].

Другое:

  • В годы Великой Отечественной войны имя Салавата Юлаева носили: истребительно-артиллерийский дивизион, бронепоезд и другие подразделения.
  • Образ Салавата Юлаева увековечен в башкирском и русском народном творчестве, в произведениях русских, башкирских, татарских, казахских, чувашских, удмуртских и марийских писателей.
  • На родине Салавата, в селе Малояз (районный центр Салаватского района) и в селе Алькино работает музей Салавата Юлаева.
  • Ежегодно проводится республиканский фольклорный праздник Салауат йыйыны.

КУЛ ШАРИФ. Воин, поэт и мыслитель.

Широкую известность Кул Шарифа в последний период существования Казанского ханства подтверждают многие исторические источники, а также сведения, сохранившиеся в народной памяти и обобщенные Шигабутдином Марджани.
Опираясь на них, можно утверждать, что Кул Шариф в ханстве накануне его падения являлся главой мусульманского духовенства, верховным сеидом. Андрей Курбский, описывая эпизод, связанный со взятием русским войском Казани в 1552 году, называет его на европейский лад «великим бискупом», то есть епископом, и добавляет, что сами татары считают Кул Шарифа «великим анарыи», или «амиром».
Слово «амир» переводится с арабского как «повелитель», или «руководитель». А вот в первом случае Курбский явно использовал латынь: «honor» — честь, почет, почесть или «honorus» — почетный, уважаемый. Похоже, что эти выражения применены им для перевода титула верховного сеида, который, по замечанию Марджани, звучал как «накыйбел-ашраф» — «руководитель великих».
Как известно, сеидами в мусульманском мире называли потомков пророка Мухаммада из ветви, восходящей к его внуку Хусейну. Очевидно, и Кул Шариф, будучи сеидом по происхождению, возводил свой род к Мухаммаду. Недавно обнаруженная и опубликованная литературоведом М.И.Ахметзяновым генеалогия сеидов Шакуловых из Касимовского ханства показывает, что она действительно через многие поколения восходит к Хусейну и Мухаммаду. Следовательно, причастность Кул Шарифа по рождению к сеидам была не вымышленной, а реальной.
В XV — XVI веках в каждом отдельном татарском ханстве могло быть несколько сеидов, лишь один из которых являлся верховным (С.Герберштейн, автор «Записок о московитских делах», отмечает наличие в Казанском ханстве «верховного жреца»).
В Казанском ханстве такой сеид, как видно из жалованной грамоты хана Сахиб-Гирея 1523 года, именовался «судат-гызам» (садати-гозам), что переводится как «великий сеид». Есть основания полагать, что Кул Шариф верховным (великим) сеидом в государстве стал в октябре 1551 года после казни ханом Шах-Али прежнего верховного сеида Кул Мухаммада*.
К тому времени Кул Шариф был уже известным государственным деятелем, о чем говорит его присутствие среди знати ханства, присягавшей на верность хану Шах-Али 14 августа 1551 года в Свияжской крепости. Судя по тому, что нам известно, Кул Шариф, как и его предшественник Кул Мухаммад, был из рода крымских сеидов. Некоторое время он жил в Астраханском ханстве вместе с сеидом Мансуром, предположительно своим отцом. Отсюда у него тахаллус «Хаджитархани». М.И.Ахметзянов, опираясь на эти и другие сведения, выдвинул обоснованную гипотезу, что автором сочинений периода Казанского ханства — «Зафернаме-и вилайет-и Казан» (1550 г.) и стихов-мунаджатов — в первом случае названным «Шарифом Хаджитархани», во втором — «Кул Шарифом» — является сеид Кул Шариф.
Действительно, Кул Шарифа даже после того, как он стал верховным сеидом, русские источники продолжали именовать «муллой». Не высокая ли образованность его так отражалась в летописях? Наверное, да. В то же время из «Зафернаме-и вилайет-и Казан» отчетливо видно, что его автор был весьма образованным человеком, обладавшим знаниями в области астрономии, истории (не только татарской, но и русской), государственных дел. Кроме того, в этом произведении, написанном в целом прозой, довольно много поэтических строк. Одним словом, Кул Шариф (он же Шариф Хаджитархани) был и поэтом.
Эпоха, в которой жил сеид Кул Шариф, — это трагическое время движения Казанского ханства к своей гибели. Автор «Зафернаме-и вилайет-и Казан» оставил потрясающие строки, описывающие трагедию своего народа. Он говорит о Казани: «Ей неоткуда ждать помощи и поддержки, кроме покровительства Тенгри и помощи ангелов. Из-за такой тяжелой ситуации падишахи города Казани обеспечивают безопасность своего государства путем соглашения со страной кяфиров. Было так: для благополучия народа и ради его жизни заключали договор с Москвой, между двумя сторонами ходили послы, обеспечивая взаимопонимание». Это было написано в 1550 году, но уже в апреле 1551 года началось новое наступление русских войск, которые в июне обступили Казань. Настали тяжелые времена, и казанцы дрогнули: они послали «к Шигалею и к воеводам бити челом, чтобы государь пожаловал, гнев свой им отдал, а пленети их не велел, а дал бы им на государство царя Шигалея, а Утемешь-Гирея царя государь к собе взял и с материю Сююнбика-царицею» (Патриаршая летопись).
С таким предложением к хану ШахАли и и русским воеводам приезжали «мулла» Кул Шариф и тюменский «князь» Бибарс Растов. Но они действовали не самостоятельно, а выполняли волю «всей земли Казанской», что отчетливо видно из грамоты казанцев, отправленной тогда Ивану IV. Кроме того, послы не сразу приняли условия Москвы — в летописном сообщении от 9 августа 1551 года говорится о том, что во время переговоров они «во многом заперлися», то есть не соглашались. Хронист дальше пишет о татарах: «обычай бо их бяше изначала лукавьствовати». Заставить казанцев принять столь тяжелые условия можно было лишь силой. И завоеватели пригрозили: если казанцы «не учинять на государеве воле… на ту же осень… государь… хочет ратию съ всеми людми».
 Лишь после таких угроз послы приняли условия Москвы, среди которых было и требование выдать Сююмбике с сыном. Ясно, что никакой личной вины у Кул Шарифа с «князем» Бибарсом в этом не было — они выполняли общегосударственное решение, да и то всего лишь как дипломаты. Верховный сеид Кул Шариф погиб при взятии Казани русскими в 1552 году.
 Марджани, опираясь на народные предания, сообщает, что Кул Шариф со своими последователями, объединенными в особое военное подразделение — «полк», состоявший из молодых дервишей и суфиев, оборонялся отступая, вплоть до здания медресе, потом поднялся на его крышу, где был заколот, и упал вниз. Так трагически прервалась жизнь этой выдающейся личности эпохи Казанского ханства.
В «Зафернаме-и вилайет-и Казан» есть такие строки:
О, Шарифи, если ты еще надеешься на лучшее,
Не уходи с этой земли,
Ибо если ты уйдешь, кто же будет сахибом города Казани?
И напоследок еще одно стихотворение Кул Шарифа:
И күңел, бил баглама, күпне кичергән дөньядыр,
Бу үлем ширбәтен халкъга эчергән дөньядыр.
Син сагынма: «Дөньяда мин бакый калгаймын», — тию,
Күп янар вактта чырагларны очырган дөньядыр.
Углыны атадин айрып, кызны анадин тәкый,
Егълатып бер-бер ишектә зари кылган дөньядыр.Әүвәлене кемсә белмәс, ахырыны һәм тәкый,
Әүвәле һич, ахыры һич бер көһнәйе дөньядыр.
Кол Шәриф, атаң-анаң синдин борынгылар кани?
Барчаларны куеныга ашна кылган дөньядыр.
О душа моя, не надейся на него, этот мир пережил много
Шербетом смерти напоил он очень многих
И не думай, что долго здесь задержишься —
Ведь эта жизнь не вечна
Сына от отца и дочь от матери разлучает этот бренный мир,
И ставит по разные стороны двери, заставляя проливать слезы разлуки
И ни один человек доподлинно не знает, что было раньше в нем и что будет позже
Прежде не было его и потом не будет, — таков этот бренный мир
Эй, Кул Шариф, насколько твои отец и мать появились на свет раньше
тебя — Всех их принял в свои объятия, а потом напоил шербетом смерти
этот мир
Дамир Исхаков, доктор исторических наук
Кул-Шариф (тат. Qolşərif, Колшәриф) — имам, религиозный деятель XVI века, поэт, один из национальных героев Татарстана, возглавивший оборону одной из частей города Казань в октябре 1552 года против   Ивана IV Грозного. Погиб при штурме вместе со своими сподвижниками. В его честь названа мечеть Кул-Шариф, построенная недавно на месте разрушенной старой мечети, у стен которой и пал в сражении сеид Кул-Шариф.

 

                          Ахмадхади Максуди 1868-1941

 Низамутдинович Максудов или Хади Максуди (Ахмад-Хади б. Низам ад-дин; 28 сентября 1868 — 28 июня 1941) — татарский языковед, педагог, исламовед-популяризатор, политический и общественный деятель. Один из наиболее известных татарских интеллигентов начала ХХ в. Брат С. Н. Максудова.

Родился в семье муллы, в Студено-Ключинской волости (по другим сведениям — в ауле Ташсу Казанского уезда) Казанской губернии. В 1881 году поступил в Апанаевское медресе Казани, окончив которое стал преподавать ученикам младших классов. Будучи педагогом-практиком, разработал новые обучающие методики и написал ряд учебников, а в 1892 году выпустил азбуку «Первый учитель» («Первоначальный учитель»), позволявшую в кратчайшие сроки освоить арабский алфавит. Этот учебник выдержал к 1917 году более тридцати изданий с тиражом более 1 миллиона экземпляров и принёс автору всероссийскую славу, став самой массовой дореволюционной татарской азбукой и на несколько десятилетий — основным учебным пособием не только для татар, но и для других тюркских народов империи. Известный просветитель Исмаил Гаспринский, издававший в то время в Крыму газету «Терджиман», заметил молодого талантливого учителя, и не ограничиваясь теоретической поддержкой, пригласил его в в 1893 году на работу в Бахчисарай, в знаменитое медресе «Зинжырлы».

В 1896 году Ахметхади Максуди вернулся в Казань, но был встречен насторожённо. Ему пришлось сменить целый ряд учебных заведений, нигде не находя понимания своих идей. Несмотря на все трудности и общественное непонимание, он упорно продолжал заниматься самообразованием и создавать новые учебники по различным отраслям знаний. В 1896—1899 годах он сдал экзамены по курсу Татарской учительской школы, а в 1903—1905 годах был вольнослушателем Казанского университета.

В 1899 году женился на Зайнаббану Сулеймановне Мишкиной, дочери одного саратовского суконного фабриканта, а по материнской линии — внучке богатого коммерсанта и промышленника Исхака Юсуповича Апанаева.

Автор учебника по арабскому языку «Шифахия», впервые изданного в 1898 (последнее переиздание: Уфа, 1991); составитель самоучителя русского языка для мусульман России «Русистан. Практический учебник» и «Самоучителя татарского языка для русских» (1925); автор словаря научных, профессиональных и литературных терминов русского, арабского и турецкого языков. Написал ряд популяризаторских работ по исламу («Гакаид», «Намаз», «Тахарат», «Джамагат», «Гибадат исламия» — переиздана в 1989, 1990 и 1994), которые были использованы в качестве школьных учебников. Автор более 40 трудов.

В 1900-х учитель 1-го Казанского мусульманского училища и 2-й Казанской гимназии.

C 1906 по 1918 годы, прервав на это время преподавательскую деятельность, издавал в Казани татарскую газету «Юлдуз» (Звезда). В первое время еженедельная, газета очень скоро стала ежедневной и превратилась в самое популярное издание татарской периодики этого периода. В эти же годы, будучи избран гласным Городской думы, стал инициатором открытия публичной татарской библиотеки «Китапхана Исламия» (Исламская библиотека).

В советское время преподавал в школах, а также арабский язык в ВПИ. Арестован 21 декабря 1932 года; под стражей до мая 1933. Обвинен в руководстве «Всесоюзной социалистической фашистской партией». 13 декабря 1933 ОСО при Коллегии ОГПУ осужден по статье 58-10, 11 на 3 года ссылки. В январе 1934 выслан в Вятку. В последние годы жизни в ссылке писал книгу «Восточная философия». Вновь арестован в начале 1938; обвинен в участии в «КРО „Идель-Урал“», но был оправдан и освобожден (1939).

Сочинения

  1. Учебник арабского языка для татар. Ч. 1-2. Казань, 1898—1900 (на татарском языке);
  2. Шариат. Предписания его в практической жизни. Казань, 1899 (на татарском языке);
  3. История пророков. Ч. 1. Казань, 1901 (на татарском языке);
  4. Право по исламу. Ч. 1-3. Казань, 1905 (на татарском языке);
  5. Начало. Грамматика арабского языка для средней школы. Казань, 1906 (на татарском языке);
  6. Сведения о мире. Ч. 1-2. Казань, 1908 (на татарском языке);
  7. Завершение. Учебник арабского языка. Казань, 1909 (на татарском языке);
  8. Синтаксис татарского языка: Учебник для 4 класса. Казань, 1910 (на татарском языке);
  9. Этимология татарского языка. Казань, 1910 (на татарском языке);
  10. Правила орфографии. Казань, 1910 (на татарском языке);
  11. Русистан. Практический учебник-самоучитель русского языка для мусульман России по мнемонической десятичной системе. Казань, 1911 (на татарском языке);
  12. Арабият. Правила употребления арабских и персидских слов, вошедших в нашу литературу. Казань, 1915 (на татарском языке);
  13. Азбука арабской графики; Учебное пособие. Казань, 1917 (на татарском языке; переиздано: Казань, 2000);
  14. Татарстан. Самоучитель татарского языка для русских. Казань, 1923;
  15. Мусульманский молитвенник. Казань, 1989 (на татарском языке).

Примечания

  1.  Библиотека разместилась в доме на Тихвинской улице (ныне ул.Тукая, 37/20), принадлежавшем книготорговцам братьям Каримовым, сделавших пожертвование в её книжный фонд. В 1929 году была переименована в «Восточную библиотеку имени М.Вахитова».

     Ризаитдин Фахретдинович Фахретдинов 1859-1936

Rizaeddin Fahreddin.jpg Фахретдинович Фахретдинов (тат. Ризаэтдин Фәхретдин, башк. Ризаитдин Фәхретдин, 4 (16) января 1859, д. Кичучатово, Бугульминский уезд, Самарская губерния (ныне Альметьевский район, Республика Татарстан) — 11 апреля1936, Уфа, Башкирская АССР, РСФСР, СССР) — выдающийся татарский и башкирский писатель-просветитель, учёный-востоковед, религиозный деятель. Создавал произведения в основном на понятном мусульманским народам Российской империи татарском языке[1]. В материалах подворной переписи есть карточка Р.Фахретдинова, по утверждению Роднова М.И. скорее всего заполненная со слов брата Р.Фахретдинова, 1900-01 гг. указано, что он «по народности тептяр».[2] По утверждению Р. Шакура, имеется паспорт, выданный Р. Фахретдинову в 1906 году, где указано, что он происходит избашкир[3].

Учился в сельском медресе. Владел арабским, персидским, турецким и русским языками. Способствовал укреплению связей между мусульманами России и других стран, выступал против колониальной и империалистической политики Запада. Проводил исследования по истории и культуре народов Урала и Поволжья. Литературное и научное творчество Ризаитдина Фахретдинова, его журналистская и редакторская деятельность оказали значительлное влияние на развитие духовной культуры народов Урало-Поволжья. Его имя было широко известно в Средней Азии и Казахстане.

В 1867—1868 гг. Ризаитдин Фахретдин учился в медресе при 1-й мечети Чистополя у выдающегося суфия шейха Закира-ишана Камалова. В 1869—1889 гг. Фахретдин учился и преподавал в медресе деревни Нижние Шельчелы. Здесь в 1884 году (то есть через год после создания) в его руки попала газета «Тарджеман» Исмаила Гаспринского. В последние годы учебы Фахретдин заинтересовался творчеством улемов-реформаторов А. Курсави, Ш. Марджани, Дж. Афгани, М. Абдо.

В 1887 в Казани опубликована «Книга по морфологии» («Китабе эттэсриф») — первое произведение Ризаэтдина Булгари, посвященное арабскому языку.

В 1891 переехал в Уфу, где служил казыем в Духовном управлении мусульман.

В 1906—1908 — помощник редактора либеральной татарской газеты «Вакыт», в 1908—1918 — редактор журнала «Шуро», которые издавались в Оренбургезолотопромышленниками Рамеевыми. В журнале «Шуро» Фахретдиновым опубликованы 179 биографических статей о видных деятелях мусульманской культуры. Со страниц журнала Фахретдинов отстаивал точку зрения преемственности Волжской Булгарии и современных татар.

В 1922 избран муфтием ЦДУМ Внутренней России и Сибири.

В 1927 году ЦДУМ объединил исторически максимальное число приходов — 14 825. Но уже к маю 1930 года более 10 000 мечетей было закрыто, от 90 до 97 % мулл и муэдзинов были лишены возможности исполнять свои обязанности.

Фахретдин протестовал против закрытия мечетей, арестов и уничтожения религиозных библиотек. Часть литературы ему все-таки удалось спасти в архиве ЦДУМ. В1930 году муфтий собирался подать в отставку вместе с другими членами ЦДУМ, чтобы обратить внимание всего мира на положение религии Ислама в СССР.

Закончил свой творческий и жизненный путь на посту муфтия России и Сибири в 1936 году в городе Уфа. Риза-казый скончался в своем доме в Уфе, не дожив несколько месяцев до массовых арестов руководства Духовного управления. По преданию, тысячи мусульман, узнав о смерти Фахретдина, собрались тайно ночью в его родном ауле для прочтения «джаназа» (поминальной молитвы) по усопшему. Похоронен на мусульманском кладбище в Уфе.

Творчество

Ризаитдин Фахретдинов является крупным религиозным философом Башкортостана. Им написаны повести «Салима, или Целомудрие» (1889), «Асма, или Проступок и наказание» (1903), в которых выступает сторонником приобщения народа к передовой европейской культуре, поднимает проблему эмансипации женщины.

Важнейшее место в наследии Ризаитдина Фахретдинова занимает многотомная историко-биобиблиографическая книга «Асар» («Асар»), посвященная жизни и творчеству ученых, деятелей культуры и просвещения народов Востока, над которой он работал в течение нескольких десятилетий.

 

            Зайнулла Расулев 1833-1917

Rasulev Zaynulla.jpgРодился 25 марта 1833 года в башкирской деревне Шарипово  Оренбургской губернии (ныне Учалинский районБашкортостана) в семье муллы.

Учился в медресе в родной деревне, затем в других башкирских деревнях; окончательное духовное образование получил в медресе города Троицка (ныне в Челябинской области). С 1858 года — имам-хатыб в деревне АккужаВерхнеуральского уезда Оренбургской губернии (ныне также в Учалинском районе Башкортостана).

Будучи шакирдом, стал интересоваться суфизмом. В 1859 году посвящён в члены суфийского ордена Накшбандийа. Метод мистического познания истины (тарик) совершенствовал в Стамбуле в 1869—1870 годах, где учился у шейха Ахмеда Зияуддина Гюмюшханеви; у него же получил разрешение (иджаза) преподавать учение суфия Накшбандийа. Совершил хадж. По возвращении на родину ввел ряд новшеств в практику суфизма среди местных мусульман: громкий зикр (многократное упоминание имени Аллаха), празднование Маулид ан-Наби (дня рождения пророка Мухаммада), ношение четок и т. д.

Преследовался властями за распространение идей суфизма. Официальные представители ислама — муллы-ортодоксы и кадимисты — обвинили его в ереси и враждебной деятельности против властей. По их доносу Расулев был арестован и в январе 1873 года сослан в политическую ссылку, которую отбывал поочерёдно в Златоусте (ныне в Челябинской области) в течение восьми месяцев, Никольске Вологодской губернии (1873—1876) и в Костроме(1876—1881).

В 1881 году вернулся из ссылки и возобновил религиозную деятельность в деревне Аккужа. Повторно совершил хадж. С 1884 года — имам мечети в городе Троицке (ныне Челябинской области), при которой основал медресе «Расулия», одно из первых новометодных учебных заведений Южного Урала. Имел много учеников и последователей, стал одним из самых влиятельных мусульманских деятелей в России. Его называли также «духовным королем своего народа».

Умер 2 февраля 1917 года. Покоится на старинном мусульманском кладбище г. Троицка Челябинской области.

В народной памяти башкир сохранилось множество легенд о чудесах и случаях исцеления больных, совершённых Зайнуллой Расулевым.

Сын — Габдрахман Расулев, также стал известным башкирским религиозным деятелем.

Внук Атилла Расих (Расулев) — известный татарский писатель.

Память

Мечеть имени Зайнуллы Ишана в городе Учалы
  • В 2009 году в городе Учалы была открыта мечеть имени Зайнуллы Расулева[7].
  • В 2008 году в городе Уфа была названа улица имени Зайнуллы Расулева (бывшая Благоева)[8].

 

  Мифтахетди́н Камалетд́инов  (Акмулла)  1831-1895

 

Родился 14 (27) декабря 1831 года в башкирской деревне Туксанба́ево Белебеевского уезда (в настоящее время Миякинского района Республики Башкортостан).

Отец — Камалетдин Искужин (1805 г.р.), указной имам, мать — Бибиуммугульсум Салимьянова (1809 г.р.), оба башкиры племениМин.

Начальное образование будущий поэт получил в родной деревне, учился в медресе соседних деревень Менеузтамак и Анясово, был шакирдом медресе в деревне Стерлибашево, где получал уроки у знаменитого поэта-суфия Шамсетдина Заки. Впоследствии Акмулла жил и работал в разных местах: учил детей, занимался различными ремеслами (плотничал), прославился как талантливый поэт-импровизатор.

Он многое постиг путем самообразования. Все эти годы явились для него своеобразной школой жизни, школой становления беспокойного его характера. И, видно, Камалетдин не в состоянии был понять бунтарской природы Мифтахетдина, его устремлений. Тоскуя и не находя себе места, Мифтахетдин взял доброго отцовского коня и отправился куда глаза глядят.

После этого его часто видели на юге Башкирии… Оттуда его снова потянуло в просторы Зауралья. Мифтахетдин на своей знаменитой телеге, в специальных отсеках, которой хранились книги и рукописи, столярные и прочие инструменты, скитается по башкирским аулам верховьев Урала, Агидели, долины реки Миасс, а также в степях Казахстана. Весной и летом, переезжая из аула в аул, с яйляу на яйляу, на сабантуях он состязался с известными сэсэнами в искусстве поэтической импровизации, читал свои стихи перед народом.

Скитаясь среди башкир и казахов, учил детей, занимался различными ремеслами, принимал участие в айтышах сэсэнов и акынов.

Мифтахетдин Акмулла как никто другой понимал душу бедняка, его нужды и чаяния, его потребность в участии и сочувствии со стороны других. Его душа была исполнена болью и страданиями простых людей, и столь же жгучей ненавистью к миру богатеев, биев, тарханов, с которыми ему тоже приходилось постоянно сталкиваться. Один из них — казахский бай Батуч Исянгильдин — оклеветал его самым безжалостным образом и на четыре долгих года засадил в Троицкую тюрьму. Но и в застенках столь известного своими жестокостями заведения Акмулла сохранил крепость духа и создал множество широко известных произведений: «Место мое — в зиндане» («Мәҡамым минең — зиндан») и др.

Смерть Акмуллы была неожиданной и трагичной. В ночь на 14 (27) декабря 1895 года по дороге из Троицкa в Златоуст недалеко от Миасского завода вблизи железнодорожной станции Сыростан он был убит. Похоронен на мусульманском кладбище Миасса.

Творчество

Акмулла проповедовал просветительские идеи, рассматривал поэзию как средство непосредственного общения с народом. Поэтому язык его произведений более доступен, содержит сравнительно меньше арабизмов и фарсизмов, характерных для литературного языка того времени. Акмулла писал свои стихи большей частью в классической форме рубаи, но мастерски владел и другими поэтическими формами.

Творчество Мифтахетдина, пронизанное гуманистическими идеями своего времени, впитавшее в себя передовые и прогрессивные веяния общественной жизни России, снискало глубокую любовь и признание среди населения, оказало благотворное влияние на развитие литературы многих тюркоязычных народов. Поэтому его неслучайно прозвали Акмуллой (светлым, праведным учителем) за честность и правдивость. Поэт в своем творчестве проповедовал просветительские идеи, утверждал извечное стремление человека к свету, прогрессу.

Поэт, впервые после Салавата, обратился к своему народу со словами «Мои башкиры!». Обращаясь к народу, неустанно призывает его к знаниям и ремеслам: « Башкиры мои, ученье нужно, ученье нужно, Среди нас неучей много, образованных мало. Как боимся глупого медведя на Урале, так нужно бояться невежества, братья мои».[3] Взгляды, идеалы, философские представления Акмуллы родились в процессе борьбы против феодальной отсталости, религиозного фанатизма и проявлений средневековой схоластики, в борьбе против притеснения народа в Башкортостане и Казахстане.

Он всю жизнь стремился вникнуть в причины тяжелой жизни народа, но он ещё не может прийти к пониманию социально-экономических корней общественного неравенства. Единственный путь к прогрессу поэт видит в просвещении, в овладении знаниями, в искоренении невежества. Вообще в философских взглядах Акмуллы «центральное место занимает вопрос о месте знаний в жизни общества. Занимая позиции идеализма в понимании законов общественного развития, просветители считали, что социальное бесправие трудового народа можно устранить путем просвещения». В стихотворении Акмуллы «Назидания» проявились «необыкновенная проницательность поэта, его умение глубоко заглянуть в человеческую душу, его понимание законов жизни и бытия, божественных установлений на земле, которым должен следовать каждый человек».

Для Акмуллы знание и воспитанность, внутренняя чистота человека и в целом проблемы морального, нравственного порядка — наиболее важные в системе его взглядов на мир и на человека.

Творчество Акмуллы образовало целую поэтическую школу. Воздействие его творчества отмечали Тукай, Гафури, Бабич, Даут Юлтый и Сайфи Кудаш и др.

Дошедшее до нас творческое наследие Мифтахетдина Акмуллы не очень велико по объёму. В 1981 году в связи с юбилеем поэта Башкирским книжным издательством выпущен на башкирском языке однотомник произведений. В эту книгу, которая является наиболее полным по сравнению с предыдущими сборниками Акмуллы, вошло более трех тысяч строк. Однако, многие произведения поэта (сэсэна) или ещё не найдены, или, возможно, совсем утрачены. Этому есть свои объективные причины.

Акмулла большинство своих произведений хранил в памяти, ибо он, как правило, создавал их, прежде всего, для устного исполнения. В условиях нашего края той эпохи издание книги вряд ли было возможным для своенравного поэта-скитальца, большую часть своей жизни проведшего в странствиях по бескрайним степным просторам родного Урала, Казахстана, добывавшего себе средства на жизнь нелегким трудом учителя, мастера-плотника и столяра. Стихи поэта распространяются в устной рукописной форме по аулам и кочевьям. В 1892 году элегия «Памяти Шихабутдина Марджани» была издана отдельной книгой в Казани. Эта маленькая книга оказалась первым и последним прижизненным изданием произведений поэта.

Мифтахетдин Акмулла широко известен не только в Республике Башкортостан, в Российской Федерации, но и в странах СНГ. Везде, где прошёл жизненный путь Акмулла — все его считают своим земляком. Такое признание он заслужил за свое глубокое уважение ко всем народам, за его интернационализм, за его прогрессивные идеи, за его творчество.

Памятник Мифтахетдину Акмулле в Уфе

  • На родине поэта — в д. Туксанбаево Миякинского района в 1981 создан Музей М. Акмуллы.
  • В 1980 году учреждена премия имени Акмуллы за произведения литературы и искусства. (Лауреаты премии: Р. Шакур (1989), А. Вильданов (1990), Р. Султангареева (1993), Р. Сахаутдинова (1994), Г. Шафиков (1995) и др.)
  • Имя поэта носит Башкирский государственный педагогический университет
  • 8 октября 2008 года в Уфе был открыт памятник Акмулле в сквере имени Акмуллы на площадке перед педагогическим университетом на улице Октябрьской революции.[4]
  • В честь поэта названа муниципальная газета Миякинского района — «Аҡмулла төйәге» (башк. «родная земля Акмуллы»).
  • Выпускается литературно-юмористическое приложение «Акмулла» к республиканской газете «Башкортостан»

 

                                            Исмаил  Гаспринский 1851-1914

Родился в селе Авджикой (по другим сведениям в соседнем селе Улу-Сала), Ялтинского уезда Таврической губернии[2] (нынеБахчисарайский район Крыма) в семье офицера русской службы Мустафы Али-оглу Гаспринского и его жены Фатма-Султан Темир-Гази-кызы (девичья фамилия Кантакузова). Мустафа Али-оглу был уроженцем расположенного на южном берегу Крыма аула Гаспра, и потому взял себе фамилию Гаспринский. 19.04.1854 г. семью утвердили в дворянском достоинстве. Исмаил Гаспринский получил образование домашнее, в начальной школе (мектебе), в Симферопольской казенной мужской гимназии, в воронежском военном учебном заведении, а затем во 2-й Московской военной гимназии. Не окончив учебы, вернулся в Крым, где стал учителем начальной школы. В 1871 г. уехал во Францию. С 1874 по 1875 г. жил в Турции. Вернувшись в Крым, он был избран гласным (депутатом) Бахчисарайской городской Думы. С 13.02.1879 г. по 05.03.1884 г. — городской голова Бахчисарая.

С 1879 году Исмаил Гаспринский предпринимал неоднократные попытки создать собственное издательство газет на общетюркском языке «Файдалы эглендже» (1879—1880), «Закон» (1881). С 10 апреля 1883 Гаспринскому разрешили издавать и редактировать первую российскую тюрко-славянскую газету «Переводчикъ-Терджиманъ». Она долгое время была единственным тюркоязычным периодическим изданием в России, а с началом XX века старейшей мусульманской газетой в мире. Газета просуществовала почти 35 лет и была закрыта 23 февраля 1918 года.

Через «Переводчикъ-Терджиманъ» идеи Исмаила Гаспринского распространялись в Крыму, Идел-Урале, Хивинском ханстве, Бухарском ханстве. Кроме того, газета распространялась в Персии, Китае, Турции, Египте, Болгарии, Франции, Швейцарии, США. И. Гаспринский не предполагал, что его газета более популярна среди иностранцев, нежели среди соотечественников.

Материалами издания И.Гаспринского пользовалась печать исламских народов: «Икдам», «Себах», «Гайрет», «Ватан», «Диккат», «Хидмет», «Агонк», «Заман», «Каир», «Нил», «Ахтер», «Наасури».

В 1886 году наладил издание рекламного приложения к газете «Переводчик-Терджиман» под названием «Листок объявлений». С конца 1905 года Гаспринский начал издавать первый крымско-тюркский журнал для женщин «Алеми Нисван» («Женский Мир»), редактором которого была его дочь Шефика. Это была третья попытка (первые две неудачные он предпринял в 1887 году — журнал «Тербие» (Воспитание), а в 1891 году приложение к газете «Переводчикъ-Терджиманъ» — «Кадын» (Женщина)). В 1906 году Исмаил Гаспринский добился разрешения на издание первого юмористического журнала на родном языке под названием «Ха-ха-ха». Позже он создал новый еженедельник — орган мусульманской фракции Государственной Думы Российской империи газету «Миллет» («Народ»).

На фото

Исмаил Гаспринский, Гасан-бек Зардаби иАлимардан-бек Топчибашев. Баку, 1907 год

В 1907—1908 годах в Египте Исмаил Гаспринский выпустил несколько номеров газеты «Аль Нахда» («Возрождение») на арабском языке. Сотрудниками издательства И.Гаспринского в разное время были выдающиеся деятели крымскотатарской культуры: Осман Акчокраклы, Мемет Нузет, Якуп Шакир-али, Усеин Шамиль Тохтаргазы, Абляким Ильмий, Асан Сабри Айвазов, Исмаил Лятиф-заде, Сеит-Абдулла Озенбашлы и др. За многолетнюю издательскую деятельность в 1908 г. к юбилею издательства в казанской типографии И. Н. Харитонова был изобретён именной типографский шрифт им. И.Гаспринского.

С именем Исмаила Гаспринского связано основание и развитие просветительского движения народов исламского Востока — джадидизм (новый, более светский метод обучения), которое радикально изменило суть и структуру начального образования во многих мусульманских странах, придав ему более светский характер. И.Гаспринским были разработаны основы преобразования мусульманской этноконфессиональной системы народного образования. Его новые методы обучения с успехом применялись не только в Крыму, но и в Татарстане, Казахстане,Башкортостане, Туркменистане, Таджикистане, Узбекистане, Киргизстане, Азербайджане, Турции, Северной Персиии Восточном Китае. Им была написана и издана серия учебных пособий для национальных новометодных школ. Наиболее известным из них стал учебник «Ходжа и субъян» («Учитель детей»). С 1887 г. И.Гаспринский являлся членом Таврической ученой архивной комиссии.

автограф И. Гаспринского

В 1905 г. И.Гаспринский и его единомышленники создали мусульманскую либеральную организацию «Бутюнрусие иттифак аль муслимин» («Всероссийский союз мусульман»). Он был членом ЦК и непосредственно возглавил Крымское отделение «Иттифак эль муслимин». Осенью 1905 г. он и возглавляемое им отделение организации перешли на позиции «Союза 17 октября». И.Гаспринский был активным участником всех съездов «Иттифак эль муслимин». Среди крымско-татарских единомышленников И.Гаспринского известны: Исмаил и Амет Муфтии-заде, Мустафа Кипчакский, Асан Сабри Айвазов, Абдурахман Мемет оглу, Асан Тарпиев, Сулейман Крымтаев, Абдурешит Медиев, Рустам Ахундов, Ибраим Гурзуф, Али Булгаков, Аббас Корбек и др. В 1907 г. И.Гаспринский предложил в Каире созвать Всемирный Мусульманский Конгресс, для объединения прогрессивных сил Востока на пути реформ и преобразований.

И.Гаспринский стоял у истоков Всероссийского профессионального союза полиграфических работников. И.Гаспринский распространял идеи организации многочисленных «Обществ воспомоществования бедным мусульманам», «Библиотечных обществ» и принимал участие в работе многих из них.

Мировоззренческие принципы и идеи И.Гаспринского основывались на основе либеральной идеологии, прогрессивного развития общества, дружбы славянских и тюркских народов, конфессиональной терпимости христиан и мусульман, неприятия радикальных требований социалистов. И.Гаспринский выступал за эволюционные формы развития общества. Взгляды И.Гаспринского по общественной значимости стоят в одном ряду с идеями выдающихся просветителей и философов Джамалютдина аль-Афгани, Шигабутдина Марджани, Мухаммада Абдо, Гасанбека Меликова Задарби, Махмудходжи Бехбуди и др. И.Гаспринский — автор нескольких художественных произведений: роман «Французские письма», частью которого является утопическая повесть «Дар уль Рахат мусульманлары»; повесть — «Африканские письма — Страна амазонок»; рассказ «Арслан Кыз», новелл — «Горе Востока», эссе «Русское мусульманство. Мысли, заметки и наблюдения мусульманина», «Русско-Восточное соглашение. Мысли, заметки и пожелания» и некоторые другие. И.Гаспринский явился родоначальником многих литературных и публицистических жанров не только у крымских тюрков, но и у других тюркских народов.

И.Гаспринский награжден орденами: бухарским «Золотой орден Восходящей Звезды» (III степени); турецким «Меджидие» (IV степени); иранским «Льва и Солнца» (IV и III степени) и «Медалью Санкт-Петербургского русского Технического общества» (бронзовая).

И.Гаспринский умер в Бахчисарае и похоронен на территории Зынджырлы медресе. Памятники И.Гаспринскому установлены в Симферополе и Бахчисарае. Именем И.Гаспринского названы улицы, библиотека. Общества, памяти Исмаила Гаспринского представлены в Интернет.

   Галимжан Баруди Мухамметзянович 1857-1921

Галимджан Баруди (1857 -1921)Родился 2 февраля 1857, деревня Малые Ковали Ковалинской волости Казанского уезда Казанской губернии, — 6 декабря 1921, Москва). Из купеческой семьи. Образование получил в медресе в Казани и Бухаре. Под руководством Баруди (с 1881) медресе «Мухаммадия» в Казани стало известным и за пределами России. Выступал за реформу мусульманской школы; автор многих школьных учебников, учёный-богослов (сочинения многократно переиздавались), имам одной из мечетей в Казани. Пользовался авторитетом среди мусульман. Стремился к модернизации ислама. На 3-м Всероссийском мусульманском съезде в Нижнем Новгороде (август 1906) избран членом президиума, председателем комиссии по реорганизации духовного управления мусульман, член ЦК партии «Иттифак-аль-муслимин» («Союз мусульман»). Главный редактор журнала «Религия и Нравственность» (Казань, 1906-1917, на тат. яз.). В 1907 за противоправительственную деятельность и революционную пропаганду арестован, в 1908 выслан на два года в Вологододскую губернию. После ссылки жил в Берлине, Стамбуле, Каире, Мекке и др. городах, затем хатыб (проповедник) Соборной мечети в Казани.

После Февральской революции 1917 на 1-м Всероссийском съезде мусульман в Москве (май) избран муфтием, впервые в истории России победившим на свободных выборах (до революцииции муфтий назначался правителсьством). В связи с этим 19 мая «Уфимский Вестник» сообщил, что муфтием стал «известный мусульм, учёный и богослов, при царском строе пострадавший за свои политические убеждения». Возглавил ведомство (министерство) духовных дел Центрального национального управления тюрко-татарских мусульман Внутренней России и Сибири (Милли идарэ) [создано на Национальном парламенте мусульман Внутренней России и Сибири (Милли меджлис) в Уфе 20 ноября 1917 — 11 января 1918] Выступал за культурно-национальную автономию мусульман Внутренней России и Сибири, за отделение религии от государства.

По постановлению Наркомнац РСФСР и Татаро-Башкирского комиссариата от 21 апреля 1918 Милли идарэ было ликвидировано, а Центральному духовному управлению мусульман Внутр. России и Сибири, при условии невмешательства в политические дела, предоставлялось право самостоятельного учреждения, ведающего религиозными делами. Духовное управление (во главе с Баруди) распространило 25 апреля прокламацию, подписанную Баруди и др. членами управления, с категорическим протестом против роспуска Милли идарэ. Баруди с некоторыми членами бывшего Милли идарэ выехал в Петропавловск (Акмолинская обл.). В марте 1919, когда Уфа была вновь занята белыми, вернулся в Уфу. После прихода Красной Армии в июне был арестован, затем освобожден и продолжал выполнять обязанности муфтия. Находясь в Москве в связи с организацией помощи голодающим, заболел и вскоре умер.

         Шихабуддин аль-Марджани (1818-1889)

File:Shihabetdin Marcani.jpgШихабуддин аль-Марджани родился 16 января 1818 года в с. Ябынчи нынешнего Атнинского района Татарстана.

Образование получил в медресе д. Ташкичу Казанского уезда, Бухаре, Самарканде.

В семнадцатилетнем возрасте он начинает преподавать в медресе и, будучи неудовлетворенным учебником морфологии персидского языка, составляет свой. В 1838 году он отправляется в Бухару для продолжения образования, а затем в Самарканд — один из древних очагов культуры Средней Азии.

В 1848 году, после одиннадцатилетнего отсутствия, с новым багажом знаний Марджани возвращается на родину и в марте 1850 года назначается имамом-мударрисом 1-й Казанской мечети.

В 1867 году Духовное собрание мусульман Поволжья и Приуралья назначило Марджани на должность ахунда имухтасиба Казани (одна из самых почетных религиозных должностей региона), что явилось несомненным признанием его деятельности со стороны руководства мусульман. С официальными светскими властями у Марджани также устанавливаются позитивные контакты. Он выполняет отдельные поручения казанской губернской власти: следит за изданием текста Корана в казанской типографии, организует сбор денег для кавказских народов, пострадавших от землетрясения, составляет отчеты о рождении, бракосочетании, смерти мусульман для государственных учреждений, участвует в судебных заседаниях при произнесении клятв мусульманами. Со временем имя Марджани становится известным далеко за пределами Казани: в 1870 году выходит в свет его книга «Назратуль-хакк», с новыми для своего времени и среды религиозно-реформаторскими идеями, принесшая автору широкую известность не только на родине, но и на всём мусульманском Востоке.

Просветительские идеи Марджани охватывают самые различные стороны обновления общественной жизни татарского народа, включая в себя мысли о необходимости получения татарским населением светского образования, усвоения прогрессивного наследия прошлого (античной, арабской мысли) и настоящего (русской и западноевропейской культур). Ученого заботили и вопросы воспитания национального самосознания татарского народа, беспокоили его благосостояние, социально-экономическое и политическое положение. Считая просвещение самым мощным орудием прогресса, ученый пытался вызволить свой народ из «спячки». Ученый стремился ответить на многие вопросы, которые поднимало развивающееся по буржуазному пути татарское общество: «обновить веру», поднять социально-политический и культурный уровень татарского народа, приобщить его к современной цивилизации. Религиозные взгляды Марджани проявляются в критике вопросов каляма (направление в исламской теологии). Необходимы были реформа медресе, преобразование преподавания. Марджани — предвестник джадидского движения в России[1], и именно он заложил его основы — реформу преподавания в медресе, усвоение татарским народом передовых достижений мировой культуры и науки. Марджани написал более 30 произведений, большая часть которых была издана в основном на арабском языке.[2] Не все произведения, написанные ученым, еще обнаружены. Идейно-философские взгляды Марджани, его деятельность в качестве педагога, религиозного деятеля, историка, просветителя, философа останутся заметным явлением в отечественной истории.

Шигабутдин Марджани похоронен на Татарском кладбище Ново-татарской слободы (Казань).

Именем Шигабутдина Марджани назван издательский дом, специализирующийся на выпуске литературы по исламоведению.

                  Каюм Насыри (1825 — 1902)

Выдающийся ученый, писатель и просветитель татарского народа Каюм Насыри (Габделкаюм Габделнасырович Насыров) в течение своей более чем полувековой научной, литературной и педагогической деятельности издал около сорока трудов по художественной литературе, фольклору, филологии, педагогике, математике, истории, географии, астрономии и другим отраслям науки. Каюм Насыри был истинным ученым, он горячо любил свою родину, свой народ и много сделал для его развития.

Будучи писателем-демократом, просветителем, Каюм Насыри всю свою жизнь отдал делу распространения среди татарского населения науки и знания, культуры и прогресса. Он шел впереди представителей демократического направления в общественной жизни, постоянно ратовал за сближение татар с деятелями русского революционного движения, боролся за изучение татарами русского языка.

Родился Каюм Насыри 14(2) февраля 1825 года в деревне Верхние Ширданы Свияжского уезда Казанской губернии. Семья Насыровых отличалась от других тем, что ее глава Габделнасыр был человеком образованным, что в те времена в деревнях считалось редким явлением. Отец будущего ученого хорошо владел пером, знал русский, персидский и арабский языки. Он написал несколько книг. Габделнасыр привил детям любовь к труду, любовь к книгам. Детство ученого и писателя прошло в родной деревне.

В 1841 году Каюма привезли в Казань и поместили в медресе, которое он окончил в 1855 году. По окончании медресе ему предложили стать преподавателем татарского языка в Казанском духовном училище. Работа в русском учебном заведении позволила ему хорошо изучить русский язык. Желая пополнить свои знания, Каюм Насыри поступает вольнослушателем в Казанский университет. Несмотря на то, что он работал преподавателем в духовной семинарии, жил Каюм Насыри весьма скромно. В семинарии Насыри преподавал 15 лет, до 1871 года.

Уйдя из духовной семинарии, Каюм Насыри посвящает себя делу обучения русской грамоте татарских детей. Он организует школу для татарских детей, которая просуществовала до 1876 года. В том же году Насыри , ввиду разногласия с инспектором нерусских школ В. В. Радловым, оставляет школу и полностью посвящает себя литературной и научно-педагогической деятельности. В эти годы Насыри написал свои лучшие произведения.

Научная и литературная деятельность Каюма Насыри началась в конце 50-х годов. Первым печатным его трудом был учебник «Синтаксис», вышедший в свет в 1860 году. Затем выходят его книги по различным отраслям знаний, а также литературные произведения. В 1871 году он начал издавать настольный ежедневный календарь, мечтал об издании татарской ежедневной газеты. Он даже нашел название газете — «Утренняя звезда», но царское правительство не дало разрешения на издание газеты. И хотя царские власти притесняли татар, Каюм Насыри надежды развития своей нации связывал с русским народом. Он постоянно ратовал за сближение этих двух народов. Он чутко и ревниво оберегал честь и достоинство страны, татарского и русского народов. Насыри считал, что успеха в своих трудах он добился в первую очередь благодаря русской культуре и сближению с ней.

Страстный поборник просвещения, Каюм Насыри стремился всю жизнь построить школу в родной деревне. По словам старожилов, К. Насыри построил школу. Здание ее не сохранилось до наших дней. Но светлый образ ученого остался в сердцах не только односельчан, но и всех, кому дорого прошлое наших народов, богатое наследие писателя и ученого

 Не все произведения, написанные ученым, еще обнаружены. Идейно-философские взгляды Марджани, его деятельность в качестве педагога, религиозного деятеля, историка, просветителя, философа останутся заметным явлением в отечественной истории.

Рассказать о Нас:

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс